ОЛЬВИЯ-ПРЕСС

К 20-ЛЕТИЮ ВВОДА МИРОТВОРЧЕСКИХ СИЛ НА ДНЕСТРЕ

ОЛЕГ БЕЛЯКОВ В ТЕЛЕПРОЕКТЕ «ПУБЛИЧНАЯ ДИПЛОМАТИЯ»: «МЕХАНИЗМ МИРОТВОРЧЕСКОЙ ОПЕРАЦИИ НАСТОЛЬКО СОВЕРШЕНЕН, ЧТО ЕГО ОПЫТ МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ПРИ РЕШЕНИИ ВОПРОСОВ В ДРУГИХ ФОРМАТАХ И СИСТЕМАХ»

 

Объединенная контрольная комиссия была создана в соответствии с Соглашением от 21 июля 1992 года «О принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдова» и 27 июля приступила к выполнению своих непосредственных задач. Это было первое заседание ОКК, которое как раз и приняло решение о создании Зоны Безопасности, ее координатах, и, естественно, о системе ввода миротворческих сил. Во взаимодействии с военными подразделениями ОКК практически осуществляла ввод миротворческих сил в Зону Безопасности.

Объединенная контрольная комиссия – это такой формат политического характера, который включает три стороны: страну-гаранта Россию, Молдову и Приднестровье, и представителей Украины и Миссии ОБСЕ. В рамках работы ОКК любое решение принимается исключительно консенсусом: если одна из сторон не согласна с решением, то решения не будет, как бы на нем не настаивали другие. На протяжении 20 лет данный принцип принятия решений доказал свою высокую эффективность.

В процессе работы ОКК приняла много решений – по дислокации подразделений, по выставлению постов в Зоне Безопасности, по работе военных наблюдателей. Была принята нормативно-правовая база всей миротворческой операции, что легло в основу последующих событий в рамках миротворческой деятельности.

 Вместе с тем, Объединенная контрольная комиссия не может функционировать в отрыве от общеполитической ситуации, как в Молдове, так и в Приднестровье. Если официальные лица в Молдове заявляют о смене формата миротворческой операции, это обязательно накладывает определенный отпечаток на деятельность делегации в ОКК от РМ. Мы реально видим, что принимается ряд мер в рамках самой миротворческой операции, направленных на слом ее механизма. Это очень опасные тенденции, которые, действительно, могут привести к негативным явлениям.

Приведу такой пример. После известных событий 1 января этого года, молдавская сторона в одностороннем порядке приняла решение о том, что ее военнослужащие на пост выходят без оружия. Если мы говорим, что старшим на посту является военнослужащий России и приказы командира выполняются беспрекословно, то мы имеем дело с явным бойкотом.

Мы видели митинговые страсти привезенных из Кишинева волонтеров в количестве 250-300 человек, они идут на пост, разрушают инфраструктуру поста, уничтожают шлагбаумы, срывают знаки, угрожают миротворцам, тем самым, специально провоцируя их на противоправные действия,  - не это ли элементы, которые направлены на развал механизмов миротворческой операции?

Есть и другие примеры, когда попытки восстановить инфраструктуру на том или ином посту встречают сопротивление, в том числе, и от миротворцев Молдовы,  оказывающих противодействие миротворцам России и Приднестровья в рамках выполнения их функций. Так попытка восстановить стойки от шлагбаума превратилась чуть ли не в противостояние миротворческих сил, когда сотрудники полиции Молдовы, обязанные охранять  общественный порядок вокруг поста, целенаправленно остановили автомобиль «КАМАЗ», зацепили эти стойки тросом и попытались вырвать их из земли. Причем военнослужащие Молдовы оказывали им в этом помощь. Все это становится предметом очень тяжелых дискуссий в ОКК.

Еще один пример: с января сего года не подписан один доклад Объединенного военного командования. Что это означает? Как мы знаем, каждый день в Зону безопасности выезжают группы военных наблюдателей. Они собирают информацию о том, есть ли какая-нибудь опасность возникновения или нет, готовится доклад. Этот доклад не подписан только молдавской стороной на совершенно надуманном основании, что  и явилось причиной того, что оценка ситуации за текущий период ОКК до сих пор не дана.  Хотя есть четко регламентирующие документы в рамках работы ОКК, те, которые говорят, что военным наблюдателям запрещено не подписывать акты военных наблюдателей, ОВК запрещено не подписывать доклады ОВК. Это обязательно должно стать предметом обсуждения в Объединенной контрольной комиссии. Таким образом, ОКК – это политический орган, она должна принять решение, которое призвано стабилизировать ситуацию, в том или ином выражении.

28 июля на международной конференции я уже приводил пример, что одно из заседаний, которое  было начато 25 октября прошлого года, закончилось 16 февраля 2012 года, то есть 4 месяца ОКК решала сложные вопросы в Зоне безопасности, но она их решила. Все-таки благодаря мудрости и ответственности тех лиц, которые заседают сегодня в ОКК, содействию страны-гаранта РФ, Украины, миссии ОБСЕ, удается решать сложные вопросы.

Впоследствии, отмечу, было еще два экстренных заседания. Экстренные заседания ОКК  собираются только в том случае, когда есть реальные признаки возникновения вооруженного противостояния. В этих случаях ОКК также смогла найти очень тяжелое решение, которое устроило все стороны. Фактически сегодня мир восстановлен и стороны вернулись в исходное состояние.

Давайте представим на минуту, что данный механизм кому-то все-таки удастся свернуть, и в Зоне безопасности больше не будет вооруженной составляющей, которую мы называем Совместными Миротворческими Силами. Что будет, когда в Зоне безопасности будут курсировать не военные люди, отвечающие за все, готовые взять на себя груз ответственности, а гражданские военные наблюдатели? Я думаю, что на них никто просто не будет обращать внимание, и в Зоне безопасности, в той или иной степени, будут втягиваться воинские подразделения сторон. Это приведет к очередному противостоянию, когда  с одного берега на другой берег будут смотреть через прицелы соответствующих орудий. Этот важный элемент – буферная зона – позволяет сегодня давать возможность сторонам вести политический диалог и возможность решать какие-то вопросы в рамках социально-экономических и других проектов. В то же время механизм позволяет гарантировать людям, живущим в Зоне безопасности, и в целом в ПМР и РМ, общую безопасность, которую мы называем миром.

Любая тупиковая ситуация, в первую очередь, решается людьми. Механизм миротворческой операции, начиная с 1992 года, превосходно отлажен. Каждый документ, каждая запись, каждый протокол выверен до миллиметра. Ни одно решение не принимается до тех пор, пока не согласны с этим решением все стороны. Этот механизм настолько совершенный, что его можно использовать при решении различных вопросов в любых форматах и системах.

Отсутствие диалога, на мой взгляд, приведет к катастрофе. Когда диалог есть, всегда можно любую сложную ситуацию решить или хотя бы заявить, что любое изменение ситуации приведет к очень серьезным последствиям.